Category: спорт

Category was added automatically. Read all entries about "спорт".

fit flos fenum

(no subject)

В Ареццо, в музее Ивана Бруски (это не русский боксер из фильма "Рокки", а просто Ivan Bruschi, аретинский собиратель всего), среди прочего хлама хранится вот такая вещь, вызвавшая наши недоумения. Я говорю, что это вяленый Чужой, а жена мне не верит.
Collapse )

 
Numen rusticum

(no subject)

Заползывает в грот, встречается в аллее.
И.И. Дмитриев
оно кругом меня сквозит,
а я, доселе невредимый,
как будто бережно сокрыт
за гранью непереходимой,

гляжу, как ходит тяжкий плуг,
как рыщет зверь во тьме дремучей,
и, свой размеренно бегучий
на миг не покидая круг,
я физкультурникам не друг,
во всяком случае - не лучший.
fit flos fenum

(no subject)

из разговора о сексуальных практиках:
- Да неважно, что люди делают, лишь бы им нравилось.
- Это порочный ход мысли. Именно благодаря ему керлинг попал в олимпийскую программу...
Numen rusticum

Сегодня, в ходе упорных боев, наши войска

Первым аргивян узрев, которы, стязаяся в гребле,
Близятся к брегу: «Куда стремитеся? – Гектор вещает: –
Стойте, Тантала сыны! средь волн мы сойдемся, у коих
Есть защита своя». Так молвив, бурно дышащих
Коней в буруны он шлет и ближайшую прочих, грозливу,
Он Филакида ладью, сотрясши копье, прободает,
Лика пронзив, при кормиле стоявшего, и посмеваясь
Горько: «Иди по зыбям спокоен – ни морем, ни Эвром
Не потрясешься, сосну незыбной управишь десницей,
Волну фасидску искать как пойдешь». Смутились ахейцы;
Дух воскрес фригиян. Поражаются шумом созвездья
Разноголосым, но, молвь отвергая греческу, Эхо
Варварское неоконченну речь разбивает в злой рокот.
Быстро узрев Исифид оставшеесь праздным правило,
Сам хватает его и, всею силой налегши,
Правит ладью: та летит и прибрежны пески сокрушает,
Словно во гневе, и шлет, в сухом раздробившись притоне,
Сонм гемонидов на брань. Захвативши клятвопреступный
Брег и первым поправ стопою пески ненавистны,
Молвит Протесилай: «Вот нам предлежаща дорога,
О сотоварищи", и т.д.
fit flos fenum

Я стою на асфальте

Преимущественно для ilgalory
Одна из любимых книг моей юности, изданная в Туле в 1993 году за счет средств автора (30 страниц, бумага газетная):



Отдельные тексты из нее я выкладывал здесь, здесь и здесь. Да, и еще здесь. Ну и еще где-то.
Сейчас я хочу просто, без комментариев, выложить первый текст этой книги, который уже почти двадцать лет я повсюду ношу с собой в памяти.

Стоит по оврагам полынь...
Крапива поодаль растет.
Весна. Щебет птиц и теплынь,
И лыжница песню поет.

Широкая плещет река.
И к пристани катер пристал,
А сверху плывут облака,
И солнце горит, как кристалл...

И кажется, там, в вышине,
Обломки валяются лыж...
И тихо грустит о лыжне,
Качаясь, как лыжник, камыш...

Аннотация к книге сообщает: "Стихи Леонида Колоскова подкупают своей искренностью, в них нет фальши. Надеемся, что первая книга его стихотворений принесет хорошее настроение читателям в наше трудное, но и небезынтересное время".

fit flos fenum

Сестра! ты помнишь это?

Один человек много лет ездил на отпуск в сосед­нюю страну; он привык к этому, а скудость средств и фантазии не позволяла ему ни предпринять что-либо другое, ни жалеть об этом. Но однажды его заведен­ный досуг споткнулся, стоило человеку задаться вопросом, можно ли ввозить в эту страну, каждый год радушно открывавшую ему свои налаженные объятья, одну вещицу, по видимости малозначимую, но важную для него лично; прежде у него не было ни тени сомнений на ее счет, но один раз начав думать об этом, он уже не мог остановиться, пока наконец, мотая головой, чтобы выбить из нее образ кордонных служащих, заковывающих его в кандалы, не разыскал в своих бумагах таможенные правила этой страны, без промедления погрузив в них разгоря­ченный взор. Он быстро убедился, что беспокоившая его вещь, видимо, обла­дает репутацией редкой невинности – возможно, многие удивились бы, узнав, что кому-то приходит в голову обременять ею свои перемещения, – так что на ее счет он мог быть вполне спокоен. Он даже начал подумывать, не взять ли их две, на случай, если одна испортится; но благодушие, посетившее его вследствие того, что его беспокойства так быстро и счастливо разрешились, не позволило ему отнестись серьезно к мысли, что эта вещь почему-либо может сломаться, и вместо попечений о ее судьбе он продолжил изучать таможенный лист с незаинтересованным удовольствием. Первым делом он узнал, что может ввезти с собой до двухсот сигарет и литр коньяку; поскольку он не курил и в общем, кроме исключительных случаев, относился к коньяку спокойно, это разре­шение его позабавило. Но дальше список увлек его разнообразием и неожидан­ностью предложений. Килограмм кофе и двадцать литров бензина в ка­нистре, можно сказать, оставили его равнодушным; увидев, однако, что позво­лительно иметь при себе до 10 штук вазонных цветов и до 50 ростков, он был зачарован предположительной картиной кар, налагаемых на тех, у кого число ростков превышает норму. Все эти забавы воображения совершались, если можно так сказать, за чужой счет; напоследок он успел заметить разрешение на 25 грамм искусственных драгоценностей и одну пару лыж и, зевнув, отложил правила. Только ночью, проснувшись неизвестно отчего в пятом часу, когда еще не было видно качающихся деревьев за окном, он лежал, мучимый мыслью о череде безвозвратно утекших отпусков, отравленных теперь в самом истоке, и бесплодными сожалениями о том, сколько всего можно было себе позволить, если бы он яснее представлял себе круг вещей, которые можно позволять, и кратким, но чрезвычайно ярким – через зажмуренные глаза – видом того, как он, оглашая победными воплями страну, раскаивающуюся в своем гостеприимстве, въезжает в нее на лыжах, увешанный  двадцатью пятью граммами искусственных драгоценностей: их дробящийся отсвет, неверный, как женский смех, еще лежал на его комической комнате в те минуты, когда покачивание мокрых деревьев за окном уже начинало быть видно.
fit flos fenum

(no subject)

Однако день рождения veles_old! Я не буду искать мнимой оригинальности в поздравлениях и прибегну к стихам того же автора, к которым прибегал год назад.

Я утром еще до рассвета
На быстрые лыжи встаю...
И мускулам жарко, как летом,
Я юность встречаю свою!

И день впереди небывалый,
Большой, удивительный день,
И сделаю дел я не мало!
И делать их будет не лень!

И встретятся новые люди.
Их лица добры и нежны.
Нас счастье в пути не забудет.
Несчастию мы не нужны.

Мы вынесем тяжести жизни,
Если чисты и прямы,
Дружно послужим Отчизне,
Вынесем тяжести мы!

Лишь бы сумели Отчизне
Сердце и силу отдать!
Да, но для этого надо
Рано на лыжи вставать! 

Отмечу навязчивую тему выноса тяжестей, имеющих народнохозяйственное значение*, и роскошный Schlusspoint с его неожиданно жалобной интонацией. Просвещенный читатель отметит также запоминающийся образ встречных людей, импрессионистический характер которого мотивирован высокой скоростью, развитой образом автора на лыжах. Наша поголовная ненужность несчастью, которое, видимо, не знает, что с нами еще можно сделать, не в последнюю очередь способствует мажорной тональности этих ритмических столбиков. 
_________________________
* NB выносятся только чистые и прямые тяжести. Вынос грязных и кривых тяжестей не соответствует праздничному настроению, как говорится, стиха.
куфшин

стократ блажен союз мяча и лиры

Сегодня день рождения chele_sta, и я от всей своей души желаю ей быть счастливой, как в нашем обществе, так и вне его, и в качестве скромного подарка предлагаю стихотворение человека, некогда радовавшего нас лыжными стихами из сборника «Спорт и лирика». Комментарии мои, как обычно.

 

Я в руки взял гирь дужки1.

Ох, вы, гири, гири,

Железные подружки2.

Пока есть время у меня,

Я вас поподнимаю3.

В груди от вас

                     жар огня,

Как на солнце в мае.

 

Бицепсы и трицепсы

Радостью наливаются.

Это, братцы вы мои4,

Атлетизмом называется.

 

Ух. Ах. Вбок. Вверх5.

Как бы дрова мы рубим6.

Не один, видно, человек

Атлетику придумал7.

 

Поиграл перед зеркалом

Штангой, гантелями8.

Сел на велосипед

и помчался по березовым аллеям9.

Примчался к водоему.

Водоем большой.

Бух тело в воду10

Вместе со всей душой11!

 

Плаваю брассом вперед и назад12,

Вылезаю, как барс13,

весь силой налился14,

а сверху15 месяц и звезды светят.

Кто это вам сказал,

что плохо жить на белом свете?16

 

_________________________________________

1 Это глазами вам понятно, о чем речь. А прочтите кому-нибудь вслух – я пробовал не раз: приходится повторять и еще объяснять потом: «ну, дужки гирь, в смысле». Это метонимия, кстати. Гири он взял целиком, иначе бицепсы не налились бы такой радостью, какой они все-таки налились.

2 Гугл по поводу этого выражения отсылает к контекстам об автомобилях и мотоциклах, то есть к тому, что носит тебя, а не тому, что надо таскать на себе.

3 Как богат отечественный язык на приставочные образования! Но люди, ни минуты своей жизни не желающие тратить зря и в охотку поднимающие и опускающие дужки чего-либо, вызывают еще большее уважение, чем самая оголтелая префиксация.

4 Обращение к бицепсам и трицепсам. Острая интимность восприятия неживой и полуживой природы у человека, который дружится с гирями и хороводится с бицепсами, особенно выражается тем, что он не дифференцирует степеней родства. Другой бы считал бицепсы родными, а трицепсы – троюродными и общался бы с ними только по профессиональным праздникам, а для этого человека все равны в огромном мире. Идеалы свободы и равенства, однако, не проведены ясно.

5 Эта строка имеет два версификационных прецедента: перевод Вяч. Ив. Иванова из Терпандра («Зевс, ты – все дел верх», и т.д.) и пародийный перевод В.М. Алексеева из Ли Бо («Ночь... Сплю... Там есть свет...», и т.д.; см. Дальнее эхо. СПб., 2000. С.16). Вслед за Вяч. Ивановым автор описывает значительные события односложными словами, вслед за В.М. Алексеевым – вводит нас в сложный психологический мир человека, которому довелось вбок и вверх.

6 Желающие могут выдвинуть минимум две версии, к чему в этой фразе относится «как бы». Как человек, регулярно рубящий дрова, я свидетельствую, что эта традиционная форма доминирования над среднерусской флорой до сих пор не производила такой роскоши звуков и телесных колебаний, какая здесь описывается.

7 Ни из чего не вытекает! Рубить дрова можно в одиночку, я знаю. Вот если бы предыдущая строка была «Как бы дрова мы пилим двуручной пилой», тогда совсем другой коленкор. Тогда, конечно, гимнастику придумали два человека, Дедал и Пердикс. Спросите меня почему, если вам не совестно.

8 На этом месте в меня впервые начали закрадываться подозрения, что зря мы над этим человеком измываемся. Ой, зря! Но зачем он это делает перед зеркалом? Немножко нравится себе?

9 Как-то повеяло Уитменом в переводе К. Чуковского. Впрочем, этот стилистический прецедент быстро отброшен ради поддержки отечественного производителя, и в строках с анадиплосисом («Примчался к водоему. Водоем большой») читатель с радостью узнает интонации детских стихов Маяковского.

10 Рифма к «водоему». Я хочу это отметить сразу, чтобы потом не было недоразумений и не говорили бы, что это я все придумал из головы.

11 В общем, эта оговорка должна настораживать. Она предполагает, что из трех составляющих души – властительной, яростной и вожделевательной – автор мог оставить какие-то на берегу, в одной кучке с нехитрым бельем (видимо, яростную, чтобы охраняла носки от местных), но не стал этого делать. Как это его характеризует, я сказать не могу и вообще теряюсь в догадках, пока он плавает брассом, о чем читатель будет немедленно поставлен в известность.

12 По поводу его лыжных ухищрений у меня уже были экзегетические проблемы, которые я пытался решать с привлечением коллективного разума. Теперь пусть практикующие пловцы объяснят, что это за стиль – «брассом назад», не вреден ли он для здоровья и общественной нравственности. Хорошо бы картинку, принимаю в формате pdf.

13 Только испытанное добродушие автора, с которым мы сталкивались неоднократно, не позволило ему сердито лапой рыть песок, а потом встать на дыбы и прилечь.

14 Отметим кольцевую композицию. В то время как бицепсы и трицепсы наливаются радостью, их носитель наливается силой, бороздя чудотворный источник, видимо, с открытым ртом.

15 Об этом я тоже писал когда-то, по поводу его строки «пролетают вверху надо мной облака». Это все вверху, но людям необходимо все время напоминать об этом. Нельзя ни на минуту оставлять их без ориентации.           

16 Да, собственно, никто вроде и не говорил. Но с другой стороны, представьте себе – идешь это себе ночью, с красоткой или с другом, мимо водоема, сверху месяц и звезды светят, а тут кто-то вылезает на тебя, прям как барс, весь налитый силой, и брассом, брассом эдак вперед! Красотка, натурально, брык на пол и лежит, скучает; месяц меркнет, могилы… нет могил тут вроде не было… тут хочешь – не хочешь, а радости жизни на свете покажутся оспоримыми.